Переводчик обсценных писем Джеймса Джойса, обращенных зимой 1909 года к Норе Барнакл, Сергей Соловьев становится «переводчиком» в прямом смысле, проводя текст по узкой грани между равно бесплодными пошлостью и порнографией, грани, удержать на которой русский язык (в силу его крайней уязвимости перед тем и другим) — очень трудная задача и высокое искусство.